The Christian Science Monitor: Вмешательство Путина в Сирии несет отпечаток грубого имперского сценария поведения

Версия для печати
0
0
0

По мнению издания The Christian Science Monitor, сирийская война России является примером того, что Запад больше не делает.

Резкий вывод Россией своих экспедиционных сил из Сирии оказался неожиданностью для Белого дома и других мировых столиц. Но чтобы понять намерения президента России Владимира Путина, следует оглянуться на его вмешательство на востоке Украины два года назад, полагают некоторые региональные аналитики.

"По сути, Путин говорит: "Моя модель заключается в том, что вы вмешиваетесь быстро, грязно, стремитесь достичь ограниченных целей, после чего уходите, в этом ваш успех", - говорит Николас Гвоздев, российский эксперт в Военно-Морском колледже (Ньюпорт). - На Украине он вмешался с тем, чтобы предотвратить крах сепаратистов, также как в Сирии он поддержал слабевшего президента Башара Асада. Затем вы остаетесь там до тех пор, пока не гарантируете себе такой ход переговоров, который будет отвечать вашим потребностям и интересам".

Более широкие амбиции Путина заключаются в том, чтобы отправить сообщение о возвращении России в качестве мировой державы, полагает Пол Стронски, старший научный сотрудник программы изучения России Фонда Карнеги за международный мир (Вашингтон). Действительно, сирийское вмешательство укрепило отношения России с некоторыми региональными державами, являющимися традиционными региональными партнерами США.

"Напрашивается сравнение действий Путина с миссиями, которые западные державы осуществляли в Ираке и Афганистане, - замечает Стронски. - Где они оставались слишком долго, и где достигнутый ими ограниченный успех быстро исчерпал себя".

Но его успех демонстрирует, насколько поменялись приоритеты западной внешней политики. Вмешательство Путина исходит из империалистического сценария: поддержка диктатора при помощи неизбирательной и разрушительной силы, в то время как при президенте Обаме США отказались от использования вооруженных сил в качестве грубой силы.

Для сравнения, конкретные цели Путина в Сирии и на Украине ограничены и сосредоточены на достижении стратегических интересов России, а не на продвижении демократических ценностей. Ради этого он был готов поддержать жестокий режим и нести сопутствующий вмешательству ущерб.

Без сомнения, Путин чувствует себя правым в своем выводе об общем успехе. По мнению Гвоздева, Путин может уверенно сказать: "Два года назад мы были на обочине, а теперь вернулись в центр текущих событий".