Николя Саркози: "Брексит или нет, европейский проект требует капитального пересмотра"

Версия для печати
0
0
0

Экс-президент Франции и лидер партии «Республиканцы» Николя Саркози призывает к «глубокому пересмотру» европейского проекта с помощью нового договора, о чем рассказал Le Monde.

Le Monde: По данным Frontex, в апреле на греческие острова высадились 2 тысячи 700 беженцев, что в 10 раз меньше, чем месяцем ранее. Означает ли это, что договор Европы с Турцией можно признать успешным?

Николя Саркози: Нет. Не стоит путать конъюнктурные и структурные факторы. Крах сирийского государства вызвал людской поток в Европу. Кроме того, население Африки должно удвоиться через 30 лет. Думать, что Турция в состоянии долгое время заниматься этой проблемой, было бы ошибкой. Да и может ли Европа доверять турецким властям, которые все больше смещаются в сторону авторитарного режима? Я сомневаюсь.

— Канцлер ФРГ Ангела Меркель допустила ошибку в миграционном кризисе?

— Сегодня одна из главных проблем Европы — это полное отсутствие лидерства. Есть только один возможный вариант: лидерство Франции и Германии. До избрания президентом в 2007 году у меня были сомнения на этот счет. Мне казалось, что возможно лидерство с участием пяти-шести стран. Однако я очень быстро понял, что это не работает, и что союз Франции и Германии совершенно необходим. Поэтому я не стану критиковать Ангелу Меркель и немецкую политику. Однако меня поразило то, что Меркель в одиночку вела переговоры с турецким правительством. Где был Олланд? Куда подевался голос Франции? Когда Обама приехал в Европу, он встретился с канцлерин, предварительно побывав в Великобритании. Франция исчезла с дипломатической карты? Какое унижение! Я сожалею больше не о лидерстве Меркель, а о самоустранении Олланда.

— Ангела Меркель сыграла на руку ультраправым своей политикой приема беженцев?

— Ультраправые укрепляют позиции по всей Европе. Не нам, французам, кого-то здесь чему-то учить. Однако между риторикой и реалиями в Германии есть существенная разница. Некоторые заявления канцлерин могли навести на мысль, что Германия недооценивает проблему при том, что, как сказал мне глава Европейского совета Дональд Туск, не менее 10 миллионов человек отправились в путь в Европу. Как бы то ни было, за всей этой риторикой скрывается серьезное ужесточение правил в Германии. Должен признать, этот факт принес мне большое облегчение.

— Однако ультраправые могут победить на президентских выборах в Австрии…

— Ситуация в Австрии вызывает большую тревогу. Менее века назад столица этой страны была культурным центром Европы, а теперь там партии власти получают 11% голосов, а ультраправые — 35%. А во втором туре им будет противостоять кандидат от «зеленых»! Как до такого дошло? Австрия расплачивается за провал больших коалиций, которые так любит элита: если больше нет ни правых, ни левых, если больше не ведутся дебаты, вы оставляете огромное пространство радикалам. Речь идет о полном непонимании основ демократии, которое требует живого и иногда даже фронтального обсуждения. Во Франции вот уже 25 лет нельзя поднимать вопрос миграции, ислама и Европы, чтобы на вас при этом не навесили ярлык расиста, исламофоба и еврофоба. Произошедшее в Австрии может случиться и во Франции.

— 23 июня британцы будут голосовать по вопросу выхода Великобритании из Европейского Союза. Что делать, если страна действительно покинет ЕС?

— Споры вокруг выхода Великобритании предоставляют возможность переосмыслить основы Европы. Жаль, что Франсуа Олланд заранее не выступил с подобными предложениями. Зачем ждать, пока посуда разобьется, чтобы начать ее клеить? Часть критики британцев обоснована. Отрыв Европы от народов становится предметом беспокойства во всех странах. Я категорически против выхода Великобритании. Хуже этого было бы только одновременное принятие Турции в ЕС: это стало бы беспрецедентной ошибкой. Как бы то ни было, выйдет Великобритания или нет, европейский проект в любом случае требует глубоких реформ. Это подразумевает принятие договора, с инициативой о котором должна выступить Франция, не позднее лета 2017 года.

— Что нового было бы в таком договоре?

— Приоритетом будет формирование основ Шенгена-2, потому что Шенген-1 уже умер. Я предлагаю формирование евро-Шенгена, то есть правительства Шенгенской зоны из министров внутренних дел стран-членов с председателем, у которого должно быть влияние на Frontex. Вопрос иммиграции требует политического руководства, а не просто административного регулирования. Кроме того, я предлагаю отменить свободное перемещение неграждан ЕС на его территории до принятия Шенгена-2.

Принятие Шенгена-2 подразумевает предварительное утверждение общей миграционной политики с уравнением социальных пособий для беженцев во избежание социального туризма. За исключением беженцев, каждый новоприбывший в ЕС сможет получать социальные пособия только через 5 лет, как это уже сделали британцы и собираются сделать немцы. У каждого государства должен быть список «надежных стран», гражданам которых в прошении об убежище принципиально отказывается. Только добившись подобного уравнения норм, мы сможем перейти к внутренним границам Европы. 

— Что нужно сделать для укрепления еврозоны и в целом Европейского Союза? 

— Франция и Германия должны обеспечить лидерство еврозоны. Необходимо формирование настоящего экономического правительства, в частности введение поста генерального секретаря, который взял бы на себя руководство европейской казной, способствовал бы координации экономической политики государств-членов еврозоны. Нужно, чтобы созданный нами с Ангелой Меркель во время финансового кризиса европейский стабилизационный механизм стал Европейским валютным фондом. Кстати говоря, мне непонятно, почему МВФ все еще сохраняет присутствие в еврозоне. Что касается Европейского Союза, он занимает слишком много областей и должен сосредоточиться на внутреннем рынке и десяти наиболее приоритетных направлениях политики (сельское хозяйство, энергетика, торговля…). Все остальное должно вновь стать прерогативой государств. 

— Поддерживаете ли идею о проведении референдума по Европе, с которой выступил Брюно Ле Мер? 

— Референдум — чрезвычайно полезный инструмент для того, чтобы убедиться в согласии суверенного народа. Однако вопрос должен быть сформулирован однозначно, чтобы на него можно было ответить «да» или «нет». Введение единой валюты вместо франка, сохранение или упразднение военной службы.

В то же время, я сомневаюсь, что референдум — лучший способ найти ответ на столь сложные вопросы о реформе Европы, которые находятся в компетенции парламентских представителей. Предлагаемый мной договор очень масштабный и позволит примирить народы с идеей Европы. Касательно всего остального, юридические процедуры играют вторичную роль, но все потребует, по меньшей мере, ратификации национальными парламентами. Содержание гораздо важнее формы. Прежде всего, нужно четко определиться с основами.