The New York Times: Спустя 25 лет Россия оправилась от хаоса и бросила вызов гегемонии Запада в мире

Версия для печати
0
0
0

По мнению The New York Times, Запад ошибочно решил, что с Россией можно больше не считаться.

В 1991 г. Россия, самая большая из бывших советских республик, оказалась на коленях в экономическом, политическом и военном отношении. Пока Россия получала иностранные кредиты от МВФ и Всемирного банка, избранный президент Борис Ельцин противостоял враждебному ему парламенту, который пытался объявить ему импичмент в ответ на желание проводить радикальные экономические реформы.

Невероятно, но всего лишь 25 лет спустя Россия оправилась от хаоса, чтобы бросить вызов сложившемуся после окончания холодной войны миропорядку. Некоторые аналитики даже считают, что мы вступили в новую холодную войну. Как мы дошли до этого? Вместо того, чтобы сосредоточиться на вопросе, не породило ли враждебность русского медведя расширение НАТО в Восточной Европе, нам стоит обратиться к двум более широким проблемам.

Одной из ошибок стало то, что Россию неверно сбросили со счетов в международных делах. США увязли в войнах в Ираке и Афганистане, полагая, что Россия слаба и незначительна. При президенте Джордже Буше-младшем США считали, что после холодной войны мир стал однополярным и останется таким навсегда.

Но возрождение России в качестве глобальной силы уже не раз происходило в истории: при Екатерине Великой, Петре Великом и, конечно, в советский период. Почему нас удивляет, что это случилось снова?

География делает Россию значимым международным игроком. Вновь и вновь Россия оказывалась не просто "региональной державой", а при президенте Путине ее глобальное вмешательство при помощи традиционных (Сирия) инструментов и нетрадиционных (кибератаки) свидетельствует о том, что ее способность влиять на политику других стран, безусловно, не ограничивается государствами, с которыми у нее общие границы.

Вторая ошибка заключается в непонимании западными политиками того, что понятие силы страны в эпоху после окончания холодной войны отличается от традиционного представления о мощи государства: ВВП, вооруженных сил и количества населения. Если российским хакерам по поручению администрации Путина действительно удалось нарушить целостность американской избирательной системы, то Россия достаточно сильна, чтобы бросить вызов не только основам американской дипломатии, но и американским принципам однополярности.