The American Interest: Никакой грандиозной сделки администрации Трампа и Кремля ожидать не следует

Версия для печати
0
0
0

По мнению The American Interest, сдерживание России, а не ее изоляция и наказание, является реалистичным подходом к внешней политике.

Новый президент США, склонный к заключению сделок, как ожидается, будет подходить к политике отношений с другими крупными державами в значительной мере в деловом ключе, и сегодня имеют место многочисленные спекуляции по поводу потенциальных сделок США и России в Сирии и на Украине.

Рациональный деловой подход станет существенным улучшением по сравнению с бесплодными попытками наладить "стратегическое партнерство", основанное на ошибочной концепции общности интересов и ценностей. Однако если присмотреться внимательнее, то этот деловой подход проблематичен, потому что: а) в вопросе Сирии и Украины не существует удовлетворяющей обе стороны сделки; б) ни одна сторона не может реалистично надеяться получить от другой то, чего ожидает.

Пока неясно, в каком виде будет существовать Сирия к тому моменту, когда администрация Трампа будет окончательно сформирована. Формат переговоров Россия-Турция-Иран, в рамках которого США остались в стороне, часто изображается как сознательное оскорбление в адрес США. Возможно, это тоже сыграло определенную роль, однако, в сущности, такой формат просто отражает реалии той ситуации, в которой оказалась Сирия. В любом случае у новой администрации США будет меньше претензий в отношении Сирии, и лейтмотивом лагеря Трампа станет идея российско-американского сотрудничества в борьбе против ИГИЛ (организация, запрещенная в России).

США и Россия расходятся в вопросе их интересов касательно роли Ирана в Сирии. Партнеры России по ее "антитеррористической" коалиции включают "Хезболлу", которая сама по себе является террористической организацией мирового уровня, и главного спонсора терроризма в лице Ирана. Очень трудно представить, какая роль может быть отведена США в этом зловещем альянсе и как должна выглядеть взаимовыгодная сделка между Вашингтоном и Москвой по Сирии.

Украина тоже вряд ли станет многообещающей территорией для заключения грандиозной сделки между США и Россией, хотя и по совершенно иным причинам. Москва не хочет, чтобы Украина стала похожей на Австрию. Она, скорее, хочет, чтобы Украина стала похожей на Белоруссию или, что еще предпочтительнее, на Крым, то есть на район, тесно связанный с Россией и поглощенный ею. Нейтральная независимая Украина, даже без Крыма, положит конец давним попыткам ассимилировать украинцев, то есть превратить малороссов в великороссов.

Тем не менее, скудность материала, способного стать основой для сотрудничества с Россией в Сирии и на Украине, не может умерить пыл тех представителей администрации Трампа, которые активно настаивают на грандиозной сделке. Основной стимул для поисков способа сосуществования с Москвой, по всей видимости, берет свое начало в идее о том, что в XXI в. США сталкиваются с гораздо более серьезными угрозами безопасности, чем Россия. В свете подъема все более агрессивного Китая, выхода Ирана из изоляции, радикального ислама и непредсказуемой Северной Кореи, которая обзавелась ядерным оружием, разве не будет разумным заключить максимально выгодную сделку с Россией, чтобы сконцентрировать наше внимание и ресурсы на других угрозах?

Хотя расстановка приоритетов и правильный выбор врагов являются весьма похвальными признаками реализма во внешней политике, надежды на возможность вычеркнуть Россию из списка стран, причиняющих США наибольшее беспокойство, и даже попытки получить поддержку Москвы в борьбе с другими проблемами, вероятнее всего, будут бесплодными.

В случае с Россией сдерживание, а не изоляция, это именно то, к чему мы должны стремиться. В основе нашего конфликта с Россией лежит главным образом европейская безопасность. Он ограничен как в смысле географии, так и в смысле своих масштабов. Нам не нужно противостоять опасной идеологии, свергать враждебно настроенный режим или вести борьбу на десятке полей, разбросанных по всему миру. Нам просто нужно гарантировать, насколько мы можем это сделать, что Россия столкнется с серьезным сопротивлением и понесет значительные потери в том случае, если она попытается нарушить мир в Европе, вмешавшись в дела своих соседей. Если Кремль попытается подорвать основы европейской безопасности, мы должны сделать так, чтобы он встретил мощное сопротивление.

Однако помимо тех мер, которые предусматривает политика сдерживания, Западу не нужно дополнительно изолировать или наказывать Россию. Хотя США вряд ли удастся заключить с Россией грандиозную сделку, которая коренным образом изменит их отношения, американская администрация все же может предпринять некоторые шаги в общем контексте их отношений, чтобы избежать трений. Речь идет не об односторонних уступках Москве, а об односторонних уступках реальности, которая является гораздо менее гибким и снисходительным партнером.

В независимости от их намерений, администрации Трампа и Кремлю, скорее всего, не удастся достичь какой-либо грандиозной сделки. Представление о том, что лишь одна сделка отделяет нас от сотрудничества с Россией в сдерживании Ирана или Китая, является утопией, недостойной реалистичного подхода к внешней политике. Кроме того, большая часть проблем, с которыми Москва столкнулась на постсоветском пространстве, являются плодом ее собственных усилий, и никакие переговоры с Вашингтоном не помогут их решить.