The New Republic: Конспирология противников Трампа абсурдно обвиняет Россию во всем, включая теракт в Вестминстере

Версия для печати
0
0
0

По мнению The New Republic, в политической системе США назрел очевидный кризис.

На прошлой неделе, после теракта у здания парламента в Лондоне, британская консервативная журналистка Луиз Менш написала в Twitter, что террористическая атака "имеет прямое отношение к России". В пятницу она вновь заявила об этом на канале HBO, представив на обсуждение свою теорию, не подкрепленную фактическими доказательствами, что союзники России вызывали негативное отношение к иммигрантам в связи с нападением.

"Сторонники России вышли на улицы, утверждая, что это сделал нелегальный иммигрант. Они старались настроить лондонцев против наших мусульманских друзей и соседей", - заявила Менш. Другого гостя передачи - ведущего MSNBC Криса Хейса - эта странная идея, как и следовало ожидать, буквально ошеломила. В конце концов, ксенофобия в Лондоне (и где угодно) явно возникает и без помощи "сторонников России".

Менш, бывшая депутат парламента, известна как один из ведущих аналитиков, изучавших возможный сговор между избирательным штабом Трампа и российским государством. Благодаря этому она смогла заметно расширить свою аудиторию, ранее ограничивавшуюся консервативными кругами. Ее статья на эту тему - весьма неоднозначная - даже вышла в The New York Times (впрочем, ряд журналистов газеты сочли необходимым публично подчеркнуть, что они не согласны с ее "необоснованными заявлениями"). Ее растущая популярность в очередной раз свидетельствует о том, что тяга к теориям заговора перестала быть исключительной характеристикой ультраправых.

"Лживые новостные сюжеты, бывшие до сих пор феноменом, скорее, характерным для правого политического фланга, становятся все популярнее среди противников Трампа", - заметила в своей статье, Маша Гессен, журналистка российского происхождения, входящая в число видных критиков режима Владимира Путина. В качестве примера таких сюжетов Гессен приводит "ряд активно распространяющихся историй, которые увязывают любую смерть более или менее известного русского с российским вмешательством в выборы".

Подобная конспирология действительно опасна - по тем же причинам, по которым опасны лживые басни Трампа. Она подрывает ту приверженность истине и честной дискуссии, которая делает демократию возможной. Более того, помимо успехов Менш и примеров, приводимых Гессен, существует немало других оснований считать, что скандал вокруг российской деятельности вызывает у многих нездоровую тягу к распространению выдумок.

Конспирологические теории о России множатся из-за того, что Америка оказалась в странном положении: ФБР сейчас ведет расследование в отношении действующего президента. Кроме того, партия, к которой принадлежит этот президент и которая должна была бы его контролировать, напротив ему, по-видимому, время от времени подыгрывает. Вторая причина распространения конспирологических теорий о России связана с непрозрачностью этой истории. Большая ее часть скрыта от публики - как потому, что речь идет о продолжающемся расследовании, так и потому, что республиканцы не хотят обнародовать информацию, которая может политически повредить их партии.

У этих теорий заговора - политические корни. В их основе лежит патологическая скрытность Трампа в вопросах финансовых и деловых связей. Так как речь идет о проблеме, порожденной политикой, решение тоже должно быть, в конечном счете, политическим. ФБР завершит расследование, и если окажется, что в администрации Трампа кто-то замешан в этой истории, Конгресс будет принимать решение о том, требуется ли то или иное наказание. Соответственно, для политических лидеров лучший способ противостоять теориям заговора — просто делать свою работу и предотвращать попытки укрывательства (ведь, в конце концов, именно такие попытки лишили Ричарда Никсона президентского поста).

Вместо того, чтобы порицать обе стороны за склонность к конспирологии, крайне важно решить тот политический кризис, который и служит источником распространения конспирологических теорий.