The Washington Times: Ведущий эксперт Центра Актуальной Политики "Отказ США от Pax Americana - ключ к нормализации отношений с Россией"

Версия для печати
0
0
0

Политолог-американист, ведущий эксперт Центра Актуальной Политики Виктор Олевич рассуждает в публикации The Washington Times о разрушительном для американо-российских отношений Новом мировом порядке США.

Политика великой державы - искусство управления соперническими отношениями на международной арене. В конце 1980-х - начале 1990-х годов витали идеи, согласно которым Россия и Соединенные Штаты могут сформировать сильный и прочный союз, но они игнорировали геополитическую логику. Однако это не означает, что Москва и Вашингтон не могут поддерживать отношения, основанные на взаимном уважении, и находить общий язык в решении, по крайней мере, важнейших проблем международного сообщества.

Окончание холодной войны и стремительный распад Советского Союза создали атмосферу буйного триумфализма и привили культ победы в американском внешнеполитическом и оборонном истеблишменте. В 1990-е годы вашингтонская элита начала верить, что американское политическое, экономическое и военное превосходство в мире является вечным и необратимым. Как известно, в 1992 году Фрэнсис Фукуяма заявил в книге «Конец истории и последний человек», что глобальное восхождение американского либерального порядка приведет к прекращению идеологической конкуренции.

Обещания, представленные действующему на тот момент президенту СССР Михаилу Горбачеву, гарантирующие, что НАТО не будет расширяться за пределы Германии, практически сразу были забыты. Сменяющие друг друга демократические и республиканские администрации на словах поддерживали дружеские отношения с Москвой, а затем продвигали расширение НАТО на восток в направлении российских границ, в итоге, присоединив к альянсу три бывшие прибалтийские советские республики и призывая к членству в военном блоке Украину и Грузию.

Еще больше разжигая напряженность, администрация Буша приняла решение в одностороннем порядке выйти из Договора о противоракетной обороне 1972 года (ПРО), который на протяжении десятилетий служил краеугольным камнем стратегического ядерного баланса между двумя странами, запустив амбициозную программу строительства системы перехвата ракет на российских границах. Возражения Москвы по обоим пунктам были недвусмысленно проигнорированы.

Тогда и были посеяны семена недоверия, которые в настоящее время препятствуют оздоровлению российско-американских отношений. Если словам американских лидеров нельзя было доверять, и если Вашингтон не видел места для сильной и успешной России в своем Новом мировом порядке, в таком случае Москва вынуждена была действовать, чтобы защитить свой национальный суверенитет и обеспечить безопасность своих граждан с помощью доступных для нее в данных обстоятельствах средств.

То, что произошло дальше, создало предпосылки для бурной истерии относительно роли России в мире и в американской политике, которую Вашингтон переживает сегодня.

В 2013 году Россия стала первой страной, успешно предотвратившей уже запланированный военный удар США против третьей страны. Драматичное дипломатическое заступничество Москвы позволило вывезти и уничтожить запасы химического оружия в Сирии без единого пуска американской ракеты с кораблей ВМС США в Средиземном море. Администрация Обамы, стремясь к свержению президента Сирии Башара Асада, приступила к предоставлению скрытой военной, информационной и экономической помощи различным повстанческим группам оппозиции с сомнительной репутацией. Успех России в защите своего союзника в Сирии оглушил администрацию Обамы и менеджеров внешней политики Вашингтона. В конце концов, всего двумя десятилетиями ранее, в годы становления, Россия была больным человеком Европы, Москва твердо стояла на траектории политической и экономической дестабилизации и краха.

Для американского политического класса, который позволил себе поверить, что Pax Americana утвердился навсегда, любой успешный шаг, бросающий вызов воле Вашингтона в мире, был не просто геополитическим, но идеологическим и даже психологическим ударом.

Вместо того, чтобы искать компромисс, Вашингтон повысил ставки. Старый порядок должен был быть сохранен любой ценой, будь то поддержка групп радикальных исламских фундаменталистов, борющихся против правительственных сил в Сирии или экстремистских националистических сил на Украине, развязавших кровопролитную гражданскую войну против русскоязычного населения собственной страны. Попытки России договориться о длительном перемирии в Сирии с госсекретарем США Джоном Ф. Керри были сведены на нет Пентагоном и ЦРУ. Так в конце 2016 года, в приступе гнева и явной беспомощности, официальные лица в Фогги Боттом (район Вашингтона, в котором расположен Госдепартамент США, - прим.ред.) даже объявили, что полностью прекращают переговоры с Россией по сирийскому вопросу, возобновив их несколькими днями позже. Несмотря на успешные результаты многосторонних переговоров с Тегераном, в которых Москва работала совместно с Вашингтоном, сотрудничество по другим темам, представляющим взаимный интерес, было целенаправленно ограничено администрацией Обамы.

В 1970-е и 1980-е года время от времени разгоралась холодная война, но геополитическая конкуренция была ожидаемой и признанной частью международной арены. Это ни для кого не было сюрпризом и не вызывало истерических или непредсказуемых реакций с обеих сторон. В годы разрядки у советских лидеров случались порой сердечные и откровенно теплые встречи на высшем уровне с американскими коллегами. Американские астронавты состыковались в космосе с советскими космонавтами («Союз-Аполлон»). Американские туристы посещали советские города и были частыми гостями на советских круизных судах. Это не сделало Вашингтон и Москву союзниками, но помогло сделать их соперничество более управляемым и предсказуемым.

Истерическая реакция влиятельных групп американского политического истеблишмента на избрание нового президента США, который лишь заявил о готовности искать компромисс с Россией, показывает, насколько Вашингтон по-прежнему не готов признать угасание Нового мирового порядка 1990-х годов и переход к многополярному миру.

Чем скорее Вашингтон примет новую геополитическую реальность, тем скорее можно будет восстановить здоровые, конструктивные и продуктивные отношения между двумя великими державами, которые имеют общий интерес в обеспечении мировой политической и экономической стабильности.