The New Yorker: Урок истории Крыма от Путина

Версия для печати
0
0
0

Журнал The New Yorker предлагает двоякую трактовку "вызывающего" выступления во вторник президента России Владимира Путина. Оптимистичное прочтение послания Путина состоит в том, что его реваншизм и выступление против Запада является, по сути, признанием слабости его страны и стесненных обстоятельств, в которых она оказалась спустя два десятилетия после краха коммунизма.
Пессимистический взгляд на эффектную аннексию Крыма усматривает нечто новое и зловещее: вряд ли еще одну холодную войну, но скорее возрождение шовинистического и экспансивного русского национализма, берущему свое начало еще при русских царях. Аргументы могут быть приведены в пользу обеих интерпретаций.
Военный демарш Путина требует более жесткого ответа, чем жалкий набор санкций, которые в понедельник ввели США и ЕС. Путин имеет тенденции к деспотизму, но он также искушенный искусный политик, который хорошо представляет себе, какое представление о русской истории резонирует со многими его соотечественниками. В путинском выступлении во вторник, аннексия Крыма - просто исправление прошлых заблуждений, причем не только у стран Запада, но также и у коммунистического режима, частью которого был и он сам. Большинство россиян высказали Путину сильную общественную поддержку, даже Михаил Горбачев приветствовал возвращение Крыма России. Остановится ли Путин на достигнутом? Или это лишь начало развязывания русского национализма, стремящегося перечеркнуть потери прошедших 25 лет.
Даже сам президент России не знает ответы на эти вопросы. Как участница глобальной мировой торговли, с более-менее космополитической экономической элитой, Россия не может позволить себе быть подвергнутой международному остракизму на манер Ирана или Советского Союза после его вторжения в Афганистан. Логика и собственная история Путина позволяют предположить, что он будет давить на Запад пока это не начнет приносить реальный ущерб российской экономике. Вопрос, какую свободу действий Запад ему еще позволит? Беззубые санкции, уже наложенные против нескольких политических сторонников Путина, не изменили намерений Кремля.