Некоторые страны Восточной Европы добиваются расположения Путина, разочаровавшись в политике Запада

Версия для печати
0
0
0

The Christian Science Monitor находит среди бывших советских сателлитов, по большей части встревоженных авантюризмом России, некоторых, кто разочаровался в Западе и обращается в сторону Востока.

От Варшавы до Будапешта, от Софии до Праги, жители прежнего восточного блока с тревогой вглядываются в Россию, стремясь увидеть, как далеко Владимир Путин зайдет в свой авантюрной политике и новой пикировке с Западом.

Никто не ожидает неминуемого вторжения. Никто не ожидает перемен в пристрастиях региона между Востоком и Западом. Бывшие советские сателлиты с нетерпением присоединились к западному блоку, с энтузиазмом став членами НАТО и ЕС. Жители этих стран всех поколений утверждают, что полностью чувствуют себя европейцами.

Но эти чувства едва ли едины. Многие люди начали поддерживать популистских лидеров, таких как чешский президент Милош Земан и венгерский премьер-министр Виктор Орбан, которые обхаживают Москву и выражают презрение к действиям ЕС. Другие переходят на сторону маргинальных политических партий, еще более склонных к союзу с Москвой и недоверию к ЕС.

Во многих отношениях их недовольство представляет собой зеркальное отражение сомнений среди всех членов Евросоюза, порожденных экономическим спадом. Но разочарование в Центральной Европе особенно резко, учитывая эйфорию, испытываемую этими государствами в начале их демократического преобразования поколение назад. С их отличными культурными историями и политическим опытом бывшие советские сателлиты и республики трудно поддаются классификации.

Но вообще говоря, в странах Балтии и Польше страх перед Россией никогда не рассеивался, даже когда они присоединились к ЕС и НАТО. Многие их жители опасаются, что Путин может повторить свои украинские действия уже в ЕС, под предлогом защиты русскоязычного населения. Именно поэтому эти государства четко ориентируются в геополитическом отношении на Запад.

Но для бывших центральных и южных стран восточного блока Россия до недавнего времени была слишком далекой. В этом кроется одна причин, по которой лояльность в этих странах столь изменчива. Чешская Республика - типичный представитель таких колеблющихся стран. Для некоторых ее жителей Москва по-прежнему внушает глубокий страх, тогда как для других воспоминания об оккупации заменяют современные реалии: потенциал российского потребительского рынка и возможности заполучить ее обширные энергоресурсы.

Наиболее близко из этой группы в сторону Москвы склонилась Венгрия, что должно быть особенно тревожным для Запада, потому что, во всяком случае, у ее населения должно быть еще меньше симпатии к Путину, чем в любом другом месте в регионе.

Такая разделенная привязанность начинается с самого верха властной структуры в Будапеште. Когда премьер-министр Венгрии посетил этой весной Казахстан, он предпринял нечто большее, чем обычное расширение экономических связей, Орбан позволил судить о его взглядах на Восток и Запад, сказав: "Довольно странное чувство, что надо путешествовать на Восток, чтобы чувствовать себя как дома".

Когда Венгрия вышла из-под коммунистического правления, Орбан был символом надежды, в 1989 г. он произнес антисоветскую речь, призывая к изгнанию из страны Красной армии. В свой первый срок в 1990 гг. он включил Венгрию в состав НАТО. Двадцать лет спустя он потряс Запад своим заявлением о стремлении к построению в Венгрии "нелиберальной демократии", сославшись на Россию в качестве образцовой модели.

Орбан раскритикован как популист, обменявший демократические идеалы на власть. Но отчасти его способность к ее консолидации проистекает из недовольства граждан темпом перемен в стране. Многие жители смотрят на Австрию и другие западные страны и не понимают, почему они также не процветают как они. Вместо этого Венгрия имеет один из самых низких ВВП на душу населения в ЕС.

Два подхода сталкиваются и в Чешской Республике. Высоко над чешской столицей возносится Пражский замок - резиденция президента Милоша Земана. Его роль в основном церемониальная, но как президент он влияет на имидж страны за границей.

В Праге одной из любимых тем для разговоров служит непостоянство стиля президентской политики. Тем не менее, его слова могут влиять на общественное настроение, и в некотором смысле отношения его страны с Россией более полны нюансов, чем в венгерском случае.

Петр Краточвил, директор Института международных отношений в Праге, говорит,что политические пристрастия в Чешской Республики отражают Германию, где правые политики, в том числе канцлер Ангела Меркель, придерживаются более воинственной точки зрения на Россию, в то время как левые смотрят на нее как потенциальный рынок и стратегического партнера. Коммунистическая партия также пользуется значительной (15%) поддержкой в Чехии.

Иногда, чтобы оправдать современные воззрения на Россию, на помощь призываются романтические идеи панславизма, которые возможны, потому что чехи не испытывали тот же уровень насилия во время советской оккупации, как другие страны, и никогда не сталкивались до этого с имперской Россией.

"Здесь нет никаких многовековых исторических обид. Заклятыми врагами были не русские, но немцы, - продолжает Краточвил. - В Польше легко вызвать образ России как врага. В чешском контексте вам этого сделать не удастся".