Виктор Олевич: Пробуждение глубинного государства

Версия для печати
0
0
0

В 1964 году в прокат американских кинотеатров вышла лента Джона Франкенхаймера "Семь дней в мае".  В центре сюжета - попытка государственного переворота в США после подписания договора о ядерном разоружении между Москвой и Вашингтоном.  Командование американских вооруженных сил под руководством главы Объединенного комитета начальников штабов, генерала ВВС Джеймса Скотта воспринимает курс президента Джордана Лаймана на нормализацию отношений с СССР и достижение взаимных договоренностей о разоружении как угрозу национальным интересам США и готовятся сместить главнокомандующего.  У Лаймана и его соратников есть неделя на то, чтобы остановить заговор. В голливудской традиции, переворот все же удается предотвратить и генералу Скотту, после предъявления компромата, приходится уйти в отставку. 

События последних месяцев в Соединенных Штатах смутно напоминают сюжет из легендарного фильма середины 1960-х.  Опасаясь обещанных новым президентом США Дональдом Трампом реформ и смены внешнеполитического курса, американские спецслужбы и элементы государственного аппарата открыто вмешиваются в политическую жизнь страны для оказания прямого давления на Белый дом и потенциального свержения главы государства.  Характерно, что в последние недели, турецкая концепция "глубинного государства" впервые перекочевала в мейнстримные американские СМИ, вызывая настороженность даже у тех, кто на протяжении прошедшей избирательной кампании, выступал с критикой Дональда Трампа.

В Турции "глубинное" или "параллельное" государство проявляет себя как сплетение спецслужб, руководства вооруженных сил и элементов перманентной бюрократии.  Своей целью представители "государства в государстве" видят защиту Турецкой республики от тех политических сил, которые могут пошатнуть завещанные Кемалем Ататюрком секулярные идеологические устои страны.  На протяжении нескольких десятилетий "глубинное государство" участвовало в организации военных переворотов как против консервативно-религиозных, так и против левых правительств, избранных в ходе демократических выборов.

В Вашингтоне "глубинное государство" дало о себе знать в сентябре 2016 года, когда на фоне заключения в Швейцарии долгожданных договоренностей об урегулировании сирийского кризиса между министром иностранных дел России Сергеем Лавровым и госсекретарем Джоном Керри американские ВВС внезапно провели массированную бомбардировку позиций сирийской правительственной армии под Дейр эз-Зором.  В результате погибло более 60 сирийских военнослужащих, а вместе с ними и мирный план Лаврова-Керри.  Уже тогда разногласия в администрации Барака Обамы вылились в неспособность президента осуществлять полноценный контроль над силовым блоком.

Не увенчавшаяся успехом компания по дискредитации Дональда Трампа в ходе предвыборной гонки, сопровождавшаяся бездоказательными обвинениями в связях с Москвой, и победа магната на выборах в ноябре, подстегнула представителей "глубинного государства" к активным действиям против нового руководства страны.  Ежедневными утечками в СМИ, безосновательными обвинениями в тайном сотрудничестве с Россией и широкомасштабной медийной кампанией против президента Дональда Трампа они пытаются принудить к следованию привычному и выгодному американскому истеблишменту внутри- и внешнеполитическому курсу.  Отказ президента подчиниться приведет к попыткам подвести его под импичмент в Конгрессе или к вынужденной отставке и его замене на более приемлемого вице-президента Майка Пенса.

Вопреки намекам и обвинениям политических противников, Дональд Трамп и ключевые члены его администрации не являются русофилами и руководствуются в своих намерениях, в первую очередь, национальными интересами США.  Так, отправленный в отставку советник по национальной безопасности генерал Майкл Флинн высказывался о России и ее руководстве крайне резко и пренебрежительно, среди прочего называя Президента Владимира Путина "тоталитарным диктатором и бандитом" (вполне в духе Джона МакКейна).  За заявлениями Трампа и его помощников о желании наладить отношения с Москвой стояла не мнимая симпатия к России, а холодный расчет. 

Новый президент намеревался повторить геополитический кульбит одного из своих предшественников в Белом доме - Ричарда Никсона, некогда предсказавшему ему победу на выборах, в случае если он решится в них поучаствовать.  Вначале 1970-х, Никсон и Киссинджер умело воспользовались противоречиями между Москвой и Пекином, для того, чтобы оторвать "красный" Китай от СССР и сделать его своим партнером в борьбе против основного противника.  Аналогично, понимая, что находиться в активном геополитическом противостоянии одновременно с Россией, КНР, Ираном и другими державами и параллельно проводить серьезное и столь необходимое реформирование американской экономической базы США не по силам, Трамп и его соратники намеревались "оторвать" Россию от ее стратегических партнеров, предложив взамен новый вариант разрядки между Москвой и Вашингтоном.  Новая стратегия в духе "разделяй и властвуй" должна была стать более эффективной в достижении тех результатов, которых добивались прежние администрации.

Однако, по мнению оппонентов Дональда Трампа, смелые эксперименты во внутренней и внешней политике в условиях продолжающегося кризиса чреваты серьезными и непредсказуемыми последствиями для американского государства.  Между тем, предпринимая попытки делегитимизировать действующего президента и используя силовые ресурсы, представители "глубинного государства" публично ставят под сомнение последний американский миф - миф о демократии и праве выбора в США. Как бы не закончилась нынешняя схватка в американских верхах, ее неминуемым последствием станет внутриполитическая дестабилизация и ослабление основных институтов власти.  Чем дольше будет продолжаться политическое противостояние в США, чем глубже будет проявляться раскол в элитах, тем менее эффективными и скоординированными будут действия Вашингтона на международной арене.

Виктор Олевич

Ведущий эксперт Центра Актуальной Политики

23 февраля 2017 года