Slate France: Экономический кризис разрушает двухпартийные политические системы Европы

Версия для печати
0
0
0

Затяжной экономический кризис подрывает основы традиционных политических партий. Главная причина кроется в их неспособности справиться с ним и схожести политических программ. Прошедшие 20 декабря в Испании выборы говорят о том, к каким кардинальным переменам в политическом пейзаже все это может привести, рассуждает Slate France.

Всего за 4 года два традиционно лидирующих объединения (правая Народная партия и Испанская социалистическая рабочая партия) существенно сдали позиции. Если в 2011 году на них двоих пришлось три четверти всех голосов, теперь им приходится довольствоваться всего половиной.

Сегодня о себе во весь голос заявили две новые партии: вышедшая из движения «возмущенных» «Подемос», («Мы можем») набрала 20,7% в первых в своей истории выборах, тогда как более умеренное (и еще более новое) объединение «Граждане» получило 13,9%.

Та сила, с которой кризис ударил по испанцам, безусловно, является главной причиной этой демократической тряски. Страна стала одним из европейских лидеров по безработице (22,4%) и вынуждена урезать социальные программы. В подобных условиях двухпартийная система не смогла устоять. Она рухнула, уступив место дроблению политического пейзажа, которое сулит новые перестановки.

В Италии, где безработица тоже весьма высока (12,4%), традиционная политическая игра также была нарушена появлением новых игроков. Созданное в 2009 году «Движение пяти звезд» Беппе Грилло (Beppe Grillo) потеснило старые партии. Возглавляемое бывшим комиком объединение хочет переступить через раскол на левых и правых и представляет себя вектором участия граждан в делах государства.

Во Франции же с ее массовой безработицей (10.8%) биполярный раздел на правых и левых тоже пошатнулся. Как говорил Жан-Люк Меланшон (лидер Левой партии Франции), в нашей стране «кратер открылся не с той стороны горы». Эффективнее всего народным недовольством пользуются ультраправые, которые уверенно набирают силу на протяжении нескольких десятилетий.

Франция стала трехполярной системой с правыми «Республиканцами», левой Социалистической партией и ультраправым Национальным фронтом. Причиной подъема последнего как раз таки был кризис: сходство карты голосования в поддержку НФ и безработицы буквально бросается в глаза. НФ же делает ставку на глобальное неприятие «системы» и даже называет себя «не правым и не левым» движением.

И наоборот, в странах с низкой безработицей политической системе обычно свойственно больше стабильности. Пример Германии говорит сам за себя. Она выгодно смотрится на фоне остальной европейской экономики (безработица не превышает 4,5%) и не трогает традиционные партии.

На последних федеральных выборах в 2013 году христианские демократы и социал-демократы получили на двоих две трети голосов. Там ни одна новая партия не навела шороха в дипломатической игре.

В Великобритании (5,6% безработицы) двухпартийная система тоже не собирается сдаваться. В мае 2015 года на консерваторов и лейбористов пришлось две трети голосов. Либеральные демократы (новым движением их, кстати, никак не назвать) сдали позиции, хотя одно время представляли собой реальную угрозу для классического расклада британской политики.

Как бы то ни было, не стоит путать ослабление традиционной партийной системы с исчезновением разделения на правых и левых. Пример Греции говорит, что доминирующие партии могут безвозвратно потерять позиции из-за глубокого кризиса. Такой была судьба Всегреческого социалистического движения, место которого заняла СИРИЗА (35,5% на сентябрьских выборах).

В условиях тяжелейшей социально-экономической ситуации в стране (25,2% безработицы) политический пейзаж резко изменился, но в самой демократической игре сохранилось противостояние правых (Новая демократия) и левых (СИРИЗА).

Последствия кризиса (рост безработицы, усиление неравенства, отсутствие стабильности) продолжают и дальше смешивать политические карты. Избиратели устали от формальных дуэлей партий, которые сходятся по всем главным вопросам. И готовы поддержать что-то новое. Но оно может принять самые разные формы. И все равно скатывается в противостояние левых и правых.