The American Conservative: Вера в "американскую исключительность" приводит к извращениям во внешней политике США

Версия для печати
0
0
0

По мнению The American Conservative, американские ястребы умышленно отождествляют интернационализм с чрезвычайно назойливым интервенционизмом.

Майкл Герсон в The Washington Post жалуется на "отказ" от "американской исключительности": "При президенте Бараке Обаме США отступили от понятия интернационализма на практике, что стало не только реакций на внешнюю политику Джорджа Буша-младшего, но и привело к последовательному акценту на рискованности действий за границей и пределах американского могущества".

Один из наиболее утомительных аргументов американских ястребов в последние восемь лет состоит в том, что при Обаме США "отступили". Это неправда, в действительности не было никакого настоящего "отступления" от мира. Тем не менее, ложь вошла в привычку, которая превратилась в господствующее в округе Колумбия мнение. Обама не отступал от интернационализма, но цель этой лжи заключалась в отождествлении интернационализма с чрезвычайно назойливым интервеционизмом, в результате чего все остальное рассматривается как отказ от своих глобальных обязательств.

Этот бред настолько укрепился в сознании самих ястребов, что они не могут удовлетвориться теми эскалациями ситуации и войнами, которые начала администрация Обамы. По их словам, главный провал Обамы состоит в том, что он не позволил США убить достаточное количество сирийцев в результате нашего вмешательства. Мягко говоря, это весьма странное понимание того, что же на самом деле представляет собой интернационализм.

Злоупотребление понятием "американской исключительности" имеет похожий характер. Опять же, ястребы настаивали, что Обама не верил в это понятие, они искажали его слова с целью поддержать свои неубедительные аргументы, и повторяющаяся в течение многих лет ложь превратилась в некое подобие истины. В этом процессе понятие "американской исключительности" в трактовке ястребов стало настолько узким, что никто, за исключением сторонников крайне агрессивной внешней политики, не может больше ему соответствовать.

Жалобы Герсона о том, что Обама сделал акцент на возможных рисках и издержках прямых военных действий в Сирии, только подтверждают это. Если президент не прибегает к американской мощи для того, чтобы причинять смерть и разрушения где-то за границей, или если он даже просто обращает внимание на то, во сколько это обойдется США, то Герсон полагает, что это свидетельствует об отказе президента от того, что делает Америку уникальной. Подобный подход глубоко деформирован, но, к сожалению, именно этим отличаются комментарии о внешней политики в наши дни.