Le Monde: "Если Фийон проиграет в первом туре, то французские парламентские правые распадутся"

Версия для печати
0
0
0

«Республиканцы» еще могут какое-то время сохранять видимость единства, однако в случае поражения в первом туре выборов партии может грозить раскол, считает профессор университета в современной истории (Ренн 2) Жиль Ришар. Подробнее о судьбе французских правых эксперт по истории Франции ХХ века рассказал Le Monde.

Le Monde: Что вы думаете насчет вызова Фийона в суд и сохранения его кандидатуры на президентских выборах?

Жиль Ришар: После некоторых колебаний он три недели назад занял по совету своего окружения позицию человека, который собирается бросить вызов буре. И он продолжает следовать этому курсу. Тем не менее его легитимность необратимо подорвана. Он победил на праймериз в значительной мере благодаря подчеркнутой честности и (в отличие от главных конкурентов) непричастности ко всем скандалам последних лет. Но теперь удар настиг и его. Причем подозрения касаются не торговли влиянием или незаконного финансирования его партии, а личного обогащения. С подобным граждане готовы мириться меньше всего.

— Почему правым вот уже более 20 лет не удается избавиться от скандалов (Балладюр, Ширак, Саркози, Жюппе, Фийон и т.д.)?

— С большинством из названных вами людей ничего не случилось, в том числе с Аленом Жюппе, который отделался совершенно незначительным наказанием.

У правосудия во Франции гораздо меньше возможностей по сравнению с другими схожими европейскими странами. Если вы относитесь к числу сильных мира сего, у вас имеется огромное множество способов затормозить дело, в том числе с помощью услуг крупных адвокатских контор.

Как бы то ни было, Франсуа Фийон, безусловно, стал исключением из этого списка. Причины того мне пока что не слишком понятны, однако тут явно сыграли роль личные психологические моменты, а также промахи и противоречия избирательного штаба.

— Вам как специалисту по правым и деловым кругам этот скандал не кажется символом структурной проблемы правого лагеря?

— Лично для меня какой-то одной правой силы не существует. Их несколько. Это очень важно понимать, если мы хотим разобраться в политической истории Франции в долгосрочной перспективе и, быть может, в начале XXI века.

Среди правых самые старые и влиятельные — это (нео)либеральные правые. С XIX века они тесно связаны с деловыми кругами. В этом нет ничего удивительного, потому что либералы считают принципы капитализма лучшим основанием общественной жизни. Этим, без сомнения, объясняется и большее число скандалов, чем в прочих политических течениях.

Как бы то ни было, ими одними все не ограничивается. На Национальный фронт тоже пришелся ряд скандалов с 1970-х годов с участием партии и семьи Ле Пен, которая, по факту, является ее собственником. Не осталась в стороне и Социалистическая партия, особенно в регионах, и Коммунистическая партия в период своего расцвета.

— Могут ли парламентские правые на самом деле развалиться?

— Да, мне кажется, «Республиканцы» действительно могут распасться. В партии существует очень сильный раскол с 2012 года после поражения Николя Саркози. Врезалась в память и неразбериха вокруг выборов ее президента в ноябре 2012 года, когда Жан-Франсуа Копе и Франсуа Фийон объявили себя победителями.

Этот раскол является прямым следствием провала стратегии Саркози, серьезного подъема Национального фронта после утверждения лидером Марин Ле Пен и формирования либерального и проевропейского движения «Союз демократов и независимых» после неудачи Франсуа Байру.

Кроме того, все это связано с глубокими изменениями во французской политической жизни с 1980-х годов, когда Компартия развалилась, а Соцпартия решила не стараться изменить жизнь, а адаптироваться к неолиберальной глобализации.

До того момента политическая жизнь Франции выстраивалась на расколе между правыми и левыми по социальным вопросам. Народный фронт со всеобщей забастовкой и победой на выборах левых партий стал тому первым большим примером. Нужно было понять, применяются ли республиканские принципы не только в гражданской жизни (выборы), но и на рабочем месте. То есть, на предприятиях, против власти руководства.

Отказ левых от этого (его можно точностью датировать 1984 годом с появлением телепередачи «Да здравствует кризис!» и сменой правительства Моруа правительством Фабиуса) практически не оставил места для нового раздела, который Брюно Мегре описал в 1997 году как противостояние «глобалистов» и «националистов» (Марин Ле Пен называет их «патриотами»).

Именно такой раскол формирует все больше проявляющееся сейчас противостояние Эммануэля Макрона и Марин Ле Пен (и заявление Франсуа Фийона 1 марта не изменит расклад).

В таких условиях можно предположить, что видимость единства «Республиканцев» будет сохраняться до окончания первого тура президентских выборов. Если во второй тур пройдут Ле Пен и Макрон, фракция «Республиканцев» в Национальном собрании распадется в перспективе июньских парламентских выборов.

Если депутаты разойдутся, общий кризис охватит все федерации партии, что в конечном итоге приведет к ее развалу.