The New York Times: Россия на грани рецессии - новая реальность для Путина

Версия для печати
0
0
0

The New York Times полагает, что с прогнозируемым в следующем году вступлением экономики России в рецессию, формула власти Владимира Путина, основанная на ежегодном повышении благосостояния россиян, может потерять свою эффективность.

Каждый день приносит шквал плачевных экономических новостей. Мировые цены на нефть достигли своего 5-летнего минимума, российский рубль потерял 40% стоимости относительно доллара, в 2014 г. инфляция в России достигла 9% и продолжает расти дальше, а бегство капиталов составит к концу года порядка 128 млрд. долларов.

Кремль был свидетелем краха советского государства и правительственного дефолта в предыдущие периоды стремительного снижения мировых нефтяных цен, что потенциально вновь грозит взрывоопасной ситуацией. Однако, эксперты подчеркивают, что сейчас страна находится в более устойчивом положении, чем в прежние кризисные времена в 1980-х и 1998 г.

Путин уже отложил запланированные мегапроекты такие, как "Южный поток" и строительство скоростной железной дороги Москва-Казань. Некоторые аналитики полагают, что изменения могут коснуться и внешней политики России, когда Путин будет вынужден смягчить свою антизападную политику. Но прочие опасаются, что российский лидер поступит наоборот: чтобы отвлечь внимание населения от экономических проблем, он может вдохновить дальнейшие националистические авантюры, подобные аннексии Крыма.

Россия сильно зависит от экспорта, составляющего 60% ее бюджета. С обвалом цен, совпавшим с серьезной экономической турбулентностью из-за воздействия западных санкций, Путин рискует потерять рычаг, который мог бы вернуть России статус одной из важнейших мировых держав. Финансовые эксперты утверждают, что наибольшую опасность для экономики России представляют не потенциально угрожающее падение рубля и цен на нефть (хотя годовой бюджет страны сверстан, исходя из 96 долларов за баррель), но почти 700 млрд. долларов, причитающихся западным банкам и лежащих в основе российской экономики, в том числе ее гигантских государственных корпораций.

Санкции США и ЕС заблокировали доступ к западному финансированию, а банки Китая, несмотря на планы Москвы получить в лице Востока желаемую альтернативу, просто не в состоянии ей помочь. Вместо этого, долг грозит Кремлю истощением его 400 млрд. долларовых валютных резервов. В четверг Путин выступит со своим ежегодным посланием к нации. На этот счет существует множество спекуляций, что он объявит как более либеральный, так и более централизованный крен в экономической политике. Некоторые экономисты считают, что по существу политика Кремля сводится к тому, чтобы переждать санкции, как ожидается, они истекут через год, и финансовая ситуация несколько улучшится.

Невозможно предугадать, вдохновят ли экономические трудности население страны на антиправительственные выступления. Но последствия экономического кризиса только начинают проявляться. После того, как, например пенсионеры, поймут, что рубль теряет свою покупательную способность, можно ожидать, что они потребуют прибавки к доходам, чтобы иметь возможность покупать столько же, сколько и раньше. Но первыми на очереди окажутся государственные компании.

Присоединение Крыма подняло рейтинги Путина в стратосферу, но кризис и три раунда западных санкций кажется, привели к явному сдвигу в пропаганде на государственном телевидении и в других СМИ: от триумфа к призыву к россиянам пойти на жертвы для достижения победы в противостоянии с Соединенными Штатами. Один из билбордов на Садовом кольце в Москве с недавних пор содержит надпись: "В жизни есть более важные вещи, чем финансовый кризис", делая при этом отсылки на российскую историю.