Очень политизированный экономический саммит БРИКС в Уфе

Версия для печати
0
0
0

Сегодня в столице Башкортостана Уфе Владимир Путин принимает седьмой саммит глав государств и правительств БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР) и параллельно с ним встречу Шанхайской организации сотрудничества, которая включает в себя четыре среднеазиатских государства, помимо Москвы и Пекина, пишет Le Monde.

Таким образом, президент Российской Федерации выходит из изоляции, в которой он оказался из-за украинского кризиса. Китай, который опирается на БРИКС и ШОС для укрепления своего положения второй экономической державы в мире, будет представлен председателем Си Цзиньпином.

Новый банк развития БРИКС (решение о его формировании было принято на встрече в Бразилии в июле 2014 года, а его штаб-квартира расположится в Шанхае), наконец, прошел путь реализации. Он получил начальный капитал в 50 миллиардов долларов (в перспективе он может удвоиться) и займется финансированием крупных инфраструктурных проектов, не ставя перед заемщиками ограничительных условий, как это делает Международный валютный фонд или Всемирный банк, с которым он намеревается напрямую конкурировать.

В стремлении сохранить лицо при плохой игре глава Всемирного банка американец Джим Ен Ким с самого начала приветствовал формирование новой структуры, отметив, что она не будет лишней для удовлетворения потребностей развивающихся стран. 

Банк БРИКС начал работу 7 июля, после ратификации договора о его создании в парламентах всех пяти государств. Президентом новой структуры был назначен индиец Кундапур Ваман Каматх, возглавлявший в прошлом индийский банк ICICI и Азиатский банк развития. Как сообщается, президенты банка будут избираться в порядке ротации, а вся работа будет вестись на английском. Все члены-основатели будут иметь равные права на голосовании, чего больше нет ни в МВФ, ни во Всемирном банке.

Саммит в Уфе может дать БРИКС повод напомнить, в каком состоянии находится реализация утвержденного в 2014 году проекта общего валютного резерва в 100 миллиардов долларов (41 миллиард от Китая, по 18 миллиардов от Индии, Бразилии и России, 5 миллиардов от ЮАР) для борьбы со возможными финансовыми потрясениями в будущем.

Кроме того, Москва не преминет подчеркнуть необходимость создания собственного рейтингового агентства БРИКС для противовеса американским, а также энергетического агентства. В мае замминистра финансов России Сергей Сторчак сделал греческому премьеру Алексису Ципрасу предложение об участии Греции в банке БРИКС. Подтвердит ли Москва свое приглашение?

У Китая в игре — сразу несколько ставок. Договор о формировании нового института был ратифицирован в Пекине всего два дня спустя после запуска проекта в присутствии представителей 57 стран-основателей Азиатского банка инфраструктурных инвестиций с капиталом в 100 миллиардов долларов.

Сейчас Китаю принадлежит в нем 26%, то есть блокирующее меньшинство голосов, как у США в МВФ. «Китай не стремится получить право вето: его доля голосов будет становиться меньше по мере вступления новых членов», - заверил агентство «Синьхуа» замминистра финансов Китая Ши Яобин. АБИИ займется финансированием инвестиционных проектов в железнодорожном транспорте, портовой сфере и т.д. По оценкам АБР, потребности в инфраструктурном финансировании в Азии достигают 8 триллионов долларов. 

Термин БРИК был впервые использован в 2001 году Джимом О’Нилом из Goldman Sachs, а в 2003 году двое экономистов того же банка выпустили доклад о том, что экономика этих стран (ЮАР вошла в их число только в 2011 году) быстро развивается, и что к 2040 году их совокупный ВВП будет равняться большой шестерке (США, Германия, Япония, Франция, Великобритания, Италия). Тем не менее, сейчас их результаты пошли на спад: сырьевой бум закончился, рост китайского ВВП пошел вниз. По данным ОЭСР, в 2015 году две страны БРИКС ждет рецессия: Россию (-3,1%) и Бразилию (-0,8%). ЮАР покажет относительно слабый рост для африканского континента (1,9%), а Китай замедлится еще больше (6,8%) и уступит Индии (6,9%).

Стоит отметить, что хотя БРИКС представляют 42% населения мира и 22% его ВВП, их сближает скорее не экономическая общность, а политическое стремление приобрести больший вес в отношениях с Западом и прежде всего с США.